Вот почему россияне гибнут в Украине и Сирии

0














Те, кому сейчас 30 или 40 не смогут оценить ощущений, когда на издыхании совка и впервые пару лет после его гибели, стали вываливаться килотонны информации о том, что было строго запрещено не только знать, но чем и догадываться было опасно. Автору повезло, ибо он своими глазами видел остовы чудовищного механизма, который работал на пике своей мощи. В тайге можно было легко найти покосившиеся бараки, заборы и самое главное – железная дорога, явно заброшенная и покрученная вечной мерзлотой. Представляя, сколько усилий должно было стоить строительство таких вещей у Полярного Круга, больше всего удивляло то, что все напрочь забыли не только об этих усилиях, но даже о том, кто и зачем строил эту непонятную красоту.

В общем, вопросов было много, а ответов не было совершенно. Мало того, старшие всегда пытались свернуть этот разговор, хотя вроде бы никакой крамолы в них не было. Например, как могли оказаться в городе несколько железнодорожных вагонов, когда жд сообщения с городом нет, и не было со дня его основания? Возникали и другие вопросы, к другим людям и по совершенно не связанным, с первым, темам. Но все это объединяло отсутствие ответов и подчеркнутая глухая молчанка старших.

И вот накануне гибели совка, начала поступать сначала ограниченная, а потом все более полновесная информация о том, какие чудовищные репрессии творил совок, на протяжении десятилетий. Тут и голод, и расстрелы и война, все приобрело совершенно другой вид и смысл. В конце концов, информации стало настолько много, что всю ее переварить было просто невозможно.

Натисніть на стрілку що б перейти до наступної сторінки

Оставить комментарий